Вячеслав Ташлинский

Автор: admin от 24-05-2012, 00:25, посмотрело: 2890

Поэзия Вячеслава Ташлинского проста и прозрачна, она не витает в скоморошной виртуальности, чем так грешат современные литераторы и в столицах, и в провинциях, а имеет под собой прочную основу реальной жизни. Стихи поэта биографичны, по ним прослеживается его путь, обычный для советских людей послевоенного поколения: школа, обучение азам рабочей профессии и трудовой коллектив, в котором человек имел возможность реализовать свои способности. В те годы цех не был, как сейчас, пугалом для молодежи, так кипела живая жизнь. Вячеслав Ташлинский в своих стихах сумел отразить это с большим тактом и достоинством, - лишь небольшая часть стихов из книги поэта. Вячеслав Ташлинский остро чувствует современность, взыскующим взглядом художника видит «свинцовые мерзости» оголтелого грабежа и унижения человека труда, но повествует об этом сдержанно, без гнева и печали, следуя заветам классиков русской поэзии.


А.Полотнянко, 

член Союза писателей России,

лауреат премии имени И.Гончарова. 

 

***

 

Не помню я победный май,

О нём рассказывала мама.

Оркестр играл старинный вальс,

И солнце в вышине сияло.

 

О, этот невозвратный миг,

Когда и плакали, и пели,

Когда с улыбкой фронтовик

Нёс малыша, прижав к шинели.

 

Когда босая детвора

Неслась по улице весенней,

И было звонкое «Ура!»,

Казалось, слышно всей Вселенной.

 

Шёл в парк восторженный народ,

Спешил на самый главный праздник,

Народ, уставший от невзгод,

От горьких лет и лет ужасных.

 

Не помню я победный май,

Не видел праздничное небо.

Я не ходил, был слишком мал –

Была великою Победа!

 

 

 

***

 

Седой человек одинокий

В квартире напротив живёт.

Он китель с наградами носит,
При встрече мне честь отдаёт.

 

При том произносит шутливо:

«Приветствую вас, генерал!»

С улыбкой такою счастливой,

Что кажется, горя не знал.

 

А жизнь его гнула и била,

Была она огненный ад.

Ему испытаний хватило:

И плен, и жестокий штрафбат.

 

Он выжил, хотя изранен,

Он видел победный салют.

Я слышу: «Давай помянем

Солдат, что уже не придут…»

 

Потом он альбом откроет,

Покажет фото друзей.

О, грустная эта повесть

Тяжёлых боёв и потерь.

 

Память его тревожит,

Память лишает сна.

Из дома уйти не может

Непрошенная война.

 

 

 

***

 

В парке старом, тенистом,

Где прохлады привет,

Слушал птиц голосистых

Пожилой человек.

 

Человек был невесел,

Чем-то был удручён,

Может, думал о вечном,

Может быть, о былом.

 

Он отмечен войною

И особо притом:

Дым махорки волною

Над пустым рукавом.

 


 

***

 

На пиджаке блестели ордена

И седина белела из-под кепки.

Добрёл он до заветного окна

И протянул приёмщице рецепты.

 

Чуть пробежав мудреную латынь,

Она сказала с равнодушным видом,

Что нет лекарств, и вы тут не один,

А ветеран заплакал от обиды.

 

Дрожали, возмущаясь ордена,

И вздрагивали плечи у солдата,

Да помнит ли великая страна,
Кто спас её в далёком сорок пятом?

 

Уходит восвояси ветеран,

Уходит без скандала и укора,

И покатились, не попав в карман,

Из тюбика таблетки валидола.

 

 

Саласпилс

 

 

А хмурое утро,

Как серый бетон

И скорбны скульптуры

Над громкой бедой.

И не было слова

Среди тишины,

И сердце  кололо

Иголкой сосны.

 


 

Сборник «Осенний день»

         Вячеслав Ташлинский

***

Будет осень без бабьего лета

Будут серые, мрачные дни,

Будут листья, ветрами отпеты,

Нам светить, словно звезды они.

 

И усталая будет дорога,

И угрюмые с неба дожди,

И печалей, наверное, много

Ожидает нас впереди.

 

Все равно в этот сумрачный вечер

Мы, как прежде, светло  погрустим.

Сумрак осени –  нет не вечен,

А листва все летит и летит…

 

 

 

***

Я за солнцем в окне слежу

И за звездами – среди ночи.

Мне шесть лет. Я в больнице лежу,
У меня воспаление почек.

 

Утром мама в больницу придет,

Принесет, как всегда, передачу.

На меня поглядит и всплакнет

Ну, а я, словно взрослый, не плачу.

 

Позовет медсестра на укол,

Я привык к острым шприцам и вате

Поскорей бы к ребятам во двор

Надоело на койке, в палате.

 

За больничным окном благодать,

Птичьи трели смелее, смелее.

Я завидовал птицам тогда

Мне казалось – они не болеют.

 

 

 

(Шутливое)

Лом назвал карандашом

И сказал: «Вручаю»

И добавил он еще:

«Не сдавайся, парень».

 

Бригадир смеется вслед,

Мне же не до шуток:

Предстоит долбить цемент

Этой самой штукой.

 

Сделал взмах, и на весу

Крепче лом сжимаю,

А глаза уже вовсю

Потом  заливает.

 

 

Я отрывисто дышу,

Сердце гулко бьется

Лом в руках едва держу –

Сил не остается.

 

Смена кончилась, шабаш,

А казалась вечной.

Нет, ребята, карандаш

Все-таки полегче.

 

 

 

 

***

Годы детства послевоенного

В моей памяти словно рубцы.

Было в детстве немного весеннего,

Если пели, то грустно, скворцы.

 

Но запомнились тихие радости.

Вот к двери я шагаю, малец,

Приносил не хваленые сладости

Разноцветные книжки – отец.

 

Открывал я слова интересные

От Кремля до крестьянской избы,

И казалась мне чистою песнею

Фраза гордая «Мы – не рабы!»

 

 

 

***

 

Звенит звонок. Большая перемена,

Опять не смею подойти к тебе.

А почему? Скажу я откровенно

За мною смотрит.  Весь наш пятый «б».

 

Тому виной вчерашняя записка,
Ее перехватил остряк Ремьев.

Я написал в ней для тебя, Лариска

Про то, что в сердце родилась любовь.

 

Быть может, написал я безыскусно,

Но видел: ты была грустнее всех,

Когда мое мальчишеское чувство

Почти всем классом подняли на смех.

 

 

 

 

***

Молочные фляги лудил,

Нелегкий работой был занят.

Лудильному делу учил

Меня старый спец дядя Ваня.

 

Твердил, опершись на верстак:

«Уж коли за дело мы взялись,

То сделать его надо так,

Чтоб люди потом любовались».

 

Я помню давнишний наказ,

И к доброй работе готовясь,

Себе повторяю не раз:

«Уж если работать – на совесть».

 

 

 

***

И холодно, и ветрено, и сыро

И осень на дворе, в который раз

На сквозняках продрогшая Россия

Роднее и прекраснее для нас.

 

Она любые выдержит напасти

Какая б из напастей ни стряслась

Россия – наша Родина и счастье

Пусть даже в самый несчастливый час.

 

 

       

   

***

 

Шутливые строки

 

Объяснял нам рыжий Шурик

Перед тем, как двинуть в сад.

«Сторож там седой дежурит,

Не догонит – староват».

 

Мы пошли гурьбой мальчишьей

Веря Шурика словам.

Вот забор, а  дальше вишня

С темнотой напополам.

 

Мы стоим, почти не дышим,

Рыжий – тоже оробел –

За забором еле слышно

Кто-то дважды просвистел.

 

Ветви разом затрещали

Вмиг увидели тогда:

Пес летит со злобным лаем –

Мы рванули кто куда.

 

Никаких не надо ягод,

Мы как спринтеры неслись

От того ночного сада

Еле ноги унесли.

 


 

***

Дед и бабка сидят на лавочке,

Обсуждают нелегкую жизнь.

Мимо медленно ходят парочки

Вдоль по улице – вверх и вниз.

 

Старики прогуляться рады бы,

Но уж лучше сидеть – года.

Рассуждают они про снадобья,

Если примешь – болезнь – не беда.

 

Так неспешно течет беседа

Словно – бы ручеек журчит.

Скоро к бабке этой и деду

Внуки съедутся погостить.

 

Вот уж радости будет старым,

Вот уж будет им новостей.

Чинно сядут за самоваром,

Станут потчевать милых гостей.

 

А пока вот сидят на лавочке,

Вспоминают своих внучат –

Витю, Борю, Вадима, Галочку,

И про доброе говорят.

 

 

 

Лето ныне невезуче

Что ни день – дожди окрест.

Не иначе – злые тучи

Взяли солнце под арест.

 

А июль пока бессилен,

У него неважный вид

И на выручку светиле

Месяц явно не спешит.

 

Между тем, уходит лето

Дождь с утра стучит опять,

Небо пасмурного цвета,

Ни просвета не видать.

 

 

 

 

***

Мой рабочий кабинет –

Огород – шесть соток

Я иду туда чуть свет

И тружусь до пота.

 

Есть теперь в моей судьбе

Маленькое поле –

Заработаю себе

Чистые мозоли.

 

 

А когда сезон плодов

Будет золотиться

Угощать я всех готов:

В гости приходите.

 

 


***

Тот же двор и крыльцо, и подъезд,

И все те же шершавые стены.

Это все, как из прошлого весть,

Как лекарство от всяких забвений.

 

Как забыть, если юность сама

К нам опять на свидание мчится,

Повторяет друзей имена,

И как прежде в их двери стучится.

 

Как стремительна лет череда,

Как прекрасен сиреневый вечер.

Только жаль, что уже, как тогда

Я тебя у подъезда не встречу.

 

 

Все прошло, все прошло, ну, и пусть

Звезд круженье и нежность свиданий.

Нам осталась лишь легкая грусть

Вместе с радостью воспоминаний.

 

 

 

****

 

Представлю дом за каменным забором,

Где ты живешь, где твой блуждает взгляд,

Где вслед тебе глядят с немым укором

Цветы, который год подряд.

 

Не вырваться из каменного плена

С названием древним – домострой

Так не пеняй, прекрасная Елена

На жребий свой.

 

Но разве счастье – горькое богатство,

И одиночество в тиши?

Поймешь ли ты, что это рабство,

Что это рабство искренней души?

 

Так искрометно годы пролетают

И ты, как птица в клетке до сих пор.

Цветы цветут и снова увядают

И не стареет каменный забор.

 

 

 

 

***

Ладони горят от лопаты,

Скорей бы на перекур.

Наш бригадир усатый

По-отечески нас ругнул.

 

Выбрались мы из траншеи –

Неба открылась ширь.

Лица повеселели –

Спасибо тебе, бригадир.

 

Вечером все вповалку,

Ночь пролетит, как миг.

Про трудовую закалку

Знали мы не из книг.

 

 

 

 

***

Речка у льда в плену,

Речка зовет весну.

Голос услышал март –

Март еще слабоват.

 

Речка зовет сильней,

Видит – спешит апрель.

Он принесет ключи –

Солнечные лучи.

 

Лед по реке уйдет –

Шумно река вздохнет,

И понесет, играя

Волны, навстречу маю.

 

 

 

***

Я в комнате своей затворник,

Зовут меня бумажные дела.

Метет дорожку у подъезда дворник

Я слышу, как шуршит его метла.

 

А на бумагу скоро ляжет слово,

Оно сомненья будет вызывать,

И я его зачеркиваю снова

Нельзя словам фальшивым доверять.

 

Родится стих негромкий на планете,

Чтобы воспеть земную красоту

И завтра утром рано, на рассвете

Я строки эти дворнику прочту.

 

 

 

 ***

Шутливое

Осенний день дождем отмечен

И скукой серою. Но вдруг,

Как солнца луч ко мне под вечер

Явился в дом мой старый друг.

 

Он знает толк в литературе,

Он так красиво говорит,

Он корифеев критикует,

И у него солидный вид.

 

Он мне читал свою поэму,

С глубоким пафосом читал.

Он в ней светло и вдохновенно

Весну и солнце воспевал.

 

Я похвалил сердечно друга,
Отметил несомненный дар,

А он шагал из угла в угол

И что-то громко восклицал.

 

Мы вышли. Путь наш мимо сосен,

Я друга провожал домой,

И мне казаться стала осень

Веселой солнечной весной!

 

 

 

 ***

Трудно сереньким воробьям,

Замерзают от лютой стужи.

Хлебных крошек пичужкам дам,

Пусть устроят обед и ужин.

 

Как назло свирепеет зима,

Напускает на птах морозы

И хоть слишком сердита она

Воробьи не сдаются все же.

 

Хлебный мякиш в ладонях мну,

И под вой ледяной метели

Верю, что запоют весну

Воробьишки под звон капели.

 

 

 

 

***

Витька вернулся с зоны

С наколками на руках,

Витька не чтил законы,
Витькина грудь в крестах.

Теперь он на базе грузчик –

Работа – таскай – клади,

Кашель грузчика мучит,

Под вечер спина гудит.

Он в детстве мечтал о море,

На крейсер хотелось ему,

А вышло такое горе –

С дружком угодил в тюрьму.

Ах, где ты, красавец-крейсер

И море, и порт вдали.

Витьку шатают рейсы

С грузом, что гнет до земли.

Витька клянет судьбину

Витькина жизнь не фарт.

На майке его синей

Красавец морской фрегат.

 

 

 

***

Был дом приветлив и не стар –

Светились солнечные окна.

Теперь обрюзг, усталым стал,

Деревья у калитки сохнут.

 

Здесь жизнь погасла, отцвела

Здесь все заброшено и дико.

Лишь ветру старая ветла

Как другу, жалуется тихо.

        

        

 

 

***

Палех

Куда там заморским далям

Со всеми кривыми «стрит»

Их запросто русский Палех

Красою своей затмит.

 

Взметнувшеюся жар-птицей

Сияет его талант.

Попробуйте дотянитесь –

Нет не по силам вам.

 

Солнышко или дождик –

Родные до слез места.

Палех – цветной художник –

Великая красота.

 

 

 

 

***

Утром рано-рано

Неподвижен весь

В простыни тумана

Дремлет синий лес.

 

Солнечное диво

Сбросит простыню –

Сонный лес счастливо

Улыбнется дню.

 

 

 

 

***

Она была модной певицей

Ей рукоплескала столица.

Теперь она бедно живет

И чтобы чуть-чуть заработать

Со сцены в райцентре поет.

 

Ведь пенсия - жалкие крохи

Не жизнь, а тяжелые вздохи.

И вот она после концерта

В гримерной устало сидит

И кажется песнь ее спета

По прошлому сердце болит.

Ей вспомнится мир декораций,

Улыбки веселых друзей

И шквалы далеких оваций,

Которых не будет теперь…

 

Я в комнате своей затворник,

Категория: ---

 
Решаем вместе
Не убран мусор, яма на дороге, не горит фонарь? Столкнулись с проблемой — сообщите о ней!